| Голодомор, демография и идентичность |
| 17.11.2008 г. | |||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||
|
В.А. Тишков © Сеть этномониторинга EAWARN, 17.11.2008 г. Из архива Сети этномониторинга Опубликовано в: Бюллетень Сети этнологического мониторинга и раннего предупреждения конфликтов, №76, 2007 Проблема голода 1930-х гг. в СССР, охватившего особенно сильно Украину и Поволжье, рассматривается в современной украинской и западной историографии, как самая страшная в XX в. беда, причиненная украинскому народу. Голод интерпретируется как намеренная акция «русского государства» против украинского народа, т.е этноцид , жертвы которого оценены в 4-5 миллионов человек . Националистическое крыло украинских политиков говорит об ответственности России за геноцид украинцев и о необходимости выплаты репараций. Вслед за украинскими историками аналогичными изысканиями занялись казахстанские авторы, обнаружив 1 млн. 750 тыс. казахов, умерших от голода в те же годы . Подобные «сенсации» возникли из сопоставления довоенных государственных переписей населения, хотя их точность, как хорошо известно, не была высокой . При этом, исходят из того, что изменение численного состава этнических общностей произошло по демографическим причинам (смертность, рождаемость) и под воздействием таких факторов как переселения и репрессии. Однако в расчет не берут фактор смены самосознания, который имеет решающее значение. Как известно, в переписи 1937 г., данные который были аннулированы по приказу Сталина, учтено 109 национальностей, плюс графа «другие», вмещавшая еще 56 названий, т.е. 165 категорий. Но никто не обращал внимания на саму процедуру переписи и на ее экспертное обеспечение, компетентность госаппарата и, особенно важно, идеологическую подоснову. Если перепись 1926 г. имела установку показать «племенной и этнографический состав населения страны» , то перепись 1937 г. проходила в стране, где «социалистические нации» обрели «свою государственность» в виде этнотерриториальных автономий разного уровня — от союзных республик до автономных округов. Поэтому этническая дробность была излишней, статистики должны были показать наличие наций, показать привлекательность СССР как страны, куда стремятся ехать и жить «дети разных народов». Важно: графа «национальность» на переписном бланке подразумевала наличие обязательной и единичной принадлежности индивида к определенной «национальности». Все это означает, что без учета особенностей метода сбора и подсчета переписных данных невозможно объяснить получившиеся итоги. А они оказались вот какими: одни национальности численно возросли, а другие численно сократились. Среди последних марийцы, мордва, немцы, казахи, украинцы. Авторы современной публикации переписи 1937 г. и её интерпретаторы указывают на группу национальностей СССР, которые резко увеличили свою численность, в том числе — русские и татары. Для объяснений используют демографические аргументы, хотя и в виде допущений (демографический переход, высокий коэффициент прироста, традиционный тип естественного воспроизводства). Но совершенно не учтена смена этнической идентичности в пользу другой группы, хотя именно это явление, а не «традиционный тип воспроизводства» вывели русских и татар в «рекордсмены». В послереволюционные десятилетия русскость, преобразившись из широкой категории «православного человека» великорусского, малорусского и белорусского происхождения в более узкую категорию этнической «нации», становилась все более престижной и безопасной в условиях доминирования советской русскоязычной культуры и ужесточающегося политического режима. Именно в те годы сотни тысяч белорусов и миллионы украинцев, особенно потомки смешанных браков, выбирали русскую национальность, тем более, что по условию переписи выбрать можно было что-то одно. Не только ассимиляция, но и упразднение самой категории «малоросс» (а она предполагала одновременное отношение к русским) и превращение категории «великоросс» в «русских» подталкивало людей к восприятию другой идентичности. Переписаться из малороссов в великороссы было затруднительно, но из малороссов в русские было вполне нормальным для того времени. П. Эберхардт при объяснении убыли почти пяти миллионов украинцев и прироста свыше 16 миллионов русских справедливо пишет: «Изменение численности украинцев и русских невозможно объяснить только коллективизацией и голодом. Существенным фактором были ассимиляционные процессы. На украинско-русском пограничье (напр., на Кубани) многие украинцы утрачивали свое национальное самосознание и декларировали себя русскими. 1930-е годы для украинцев обернулись серьезными демографическими потерями. Зато численность русских существенно выросла»'' . Мы имеем важные свидетельства «перехода» из одной группы в другую, которые в свое время привела этнограф Л.Н. Чижикова в исследовании русско-украинского пограничья. Мною же были получены от И. Молодиковой интересные данные из истории ее семьи: «Что касается меня, то мои родственные корни на Северном Кавказе (под Ставрополем). Я туда даже в прошлом году ездила, но никого не нашла. Проживали они в украинской станице - рядом с ногайским селом. Бабушка и дедушка были чистые украинцы, но детям фамилия была изменена с Молодик на Молодиков, и в паспорта были записаны как русские, хотя у бабушки и дедушки осталась запись украинцы» . Данное свидетельство относится именно к периоду 1930-х гг. и аналогичные факты имеются в большом количестве. Русские также «забрали» в свои ряды изрядную долю представителей таких национальностей, как белорусы, евреи, мордва, чуваши, коми, карелы и др. из числа близких по фенотипу и христианизированных. Демографическое поведение среди белорусов было не более модернизированным, чем у русских, но переписная разница в приросте разительна: русские +20,8%, белорусы +3%. Тип демографического поведения в данном случае не имел значения, основная причина – смена идентичности частью белорусов в пользу русских. Изучение проблемы этой «смены» имеет огромное историческое и политическое значение, иначе убыль некоторых советских национальностей в период 1926 — 1937 гг. некоторые трактуют как результат избирательных репрессий и голода. Уменьшение украинцев на 5 миллионов человек (минус 15%) большинство историков однозначно связывают с голодом. Но тогда почему наибольшее сокращение численности украинцев произошло не на Украине, где свирепствовал голод, а в пределах РСФСР? Потому что наиболее интенсивная русификация украинцев и белорусов в пользу русских происходила на территории РСФСР. Сокращение численности казахов на 1,1 млн. человек (минус 28%) больше всего было связано с эмиграцией в Китай , а также и с перезаписью в киргизы (до этого казахов называли киргизами, а киргизов — кара-киргизами). Голод не был определяющим фактором столь значительного снижения численности. Почему увеличили свою численность татары, отличавшиеся в XX в. сходными с восточнославянскими народами типом демографического поведения, и почему они не «поделились» столь щедро с русскими, как другие группы? Скорее всего, оказали свое действие два фактора. Один из них — это более сильная татарская идентичность, подкреплявшаяся исламской культурно-религиозной традицией, сдерживающей смешанные браки и удерживающей среди татар гораздо большее число потенциальных ассимилянтов в рамках данной общности. Хотя в смешанных русско-татарских браках русская идентичность оставалась более предпочтительной для потомков вплоть до начала 1990-х гг., когда утвердился своего рода приоритет в выборе национальности детей смешанных браков. Второе — это выступление самих татар в качестве ассимиляторов представителей других групп или же перезапись в татары тех групп, которые в переписи 1926 г. были записаны как кряшены, ногайцы, сибирские татары, крымские татары, тептяри, мишари, нагайбаки. В любом случае ни фактор демографического поведения, ни социальные условия не объясниют рост татар на 25,2%. По итогам переписи населения, проведенной в 1939 г., «оказалось», что за два года численность русских увеличилась еще на 5 миллионов. Причем на территории УССР русские возросли почти на миллион! В РСФСР на 300 тыс. прибавилось татар и на 100 тыс. – белорусов. И опять уменьшилась численность украинцев. Анализируя итоги этой переписи, историк В.Б. Жиромская дает такие объяснения: «для развития народов России этот период от 1926 до 1939 г. был очень сложным. Оставаясь полиэтничной по своему составу, республика в силу политических и социальных причин и катаклизмов претерпела большие изменения в численности и размещении населяющих ее народов. В значительной степени эти изменения были связаны с интенсивными миграционными потоками населения, в том числе насильственными» . Обратимся к результатам современных переписей населения, прошедших в 2001 г. на Украине и в 2002 г. в России, и сравним их с данными последней советской переписи 1989 г. Табл.1. Численность русских и украинцев по данным переписей
Табл.2. Доля русских и украинцев по данным переписей населения
Табл.3. Рост/снижение численности русских и украинцев, в % Россия
Полученные цифры, поражают, если думать, что за произошедшими переменами стоят только демографические причины. Воспользуемся традиционным взглядом исторических демографов и вслед за авторами мифической демографии голодомора, скажем: цифры вновь вскрывают «этнический геноцид» на Украине, только на этот раз речь должна идти о потере 3 миллионов человек русской национальности. В России же – аналогичное «безобразие» свершилось в отношении этнических украинцев, численность которых сократилась на 1,5 миллиона. Эти сокращения не объяснимы переселениями ибо известно, что общие объемы миграционного обмена двух государств за десятилетие составили примерно по полмиллиона человек с каждой стороны . Ответ кроется все в том же «этническом переходе» (я не называю это плоским понятием «ассимиляция», ибо это не процесс, а процедура, т.е. акт смены национальности при наличии, как правило, смешанного этнического происхождения), когда примерно 2 миллиона (полмиллиона высчитываем на естественную убыль населения за счет превышения смертности над рождаемостью) бывших русских на Украине решили стать украинцами или записать своих отпрысков украинцами, а примерно миллион российских украинцев проделал то же самое с собственной переписной идентификацией (тем более, паспорт для этого не требовался). Уже давно обрусевшие в России матвиенки и христенки и им подобные однозначно записались в 2002 г. как русские, хотя в 1989 г. могли быть по семейной и «братской» инерции записаны как украинцы. Но если демографические «исчезновения» национальностей происходят в наши дни, тогда почему этот феномен полностью игнорируются при анализе ситуации в сталинский период? Без ответа на этот вопрос дебаты о количестве жертв голода на Украине 1930-х гг. не обнаруживают стремления восстановить историческую истину, но, скорее, выполняют политический заказ. Рекомендуем детский клуб |
|||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||
| ← Русины требуют воссоздания государственности в рамках Украин | Голод 1930-х как современный политический ресурс → |