Новые задачи этномониторинга. В. Тишков

Рейтинг: / 2
ХудшаяЛучшая 

14.05.2008 г.

© Сеть этномониторинга EAWARN, 14.05.2008 г. Новые задачи этномониторинга В. Тишков В мае 2007 г. вместе с другими членами Совета Общественной палаты РФ я встречался в Ново-Огарево с президентом России В.В.Путиным. Это была важная и полезная для нас встреча. Президент отметил среди достижений деятельности Палаты работу по противодействию экстремизму и утверждению толерантности в российском обществе. Именно этим занималась возглавляемая мною комиссия с момента создания палаты. Тогда же на встрече была высказана мысль о необходимости для России и для ее общественных организаций занять более активную позицию по части мониторинга положения с правами человека в других регионах мира, включая европейские страны. Этот мониторинг может и должен оценивать ситуацию, в которой находятся национальные и религиозные меньшинства и мигрантские сообщества в Европе, чье положение зачастую достаточно печальное. Россия обладает достаточным опытом, чтобы выступить с такой инициативой, а не быть лишь объектом внешних оценок и ревизий, которые чаще всего носят политизированный и необъективный характер. Достаточно назвать разные «индексы свободы», которые составляют международные организации типа «Фридом хаус» или «Международная амнистия». Наиболее чувствительными по своим политическим и геополитическим воздействиям являются общественные организации, исследовательские центры и фонды, которые занимаются такими сюжетами, как «продвижение демократии» или же «права меньшинств», а также миротворческие или конфликтологические структуры. Последние превратились в последние два десятилетия в целую международную индустрию, учитывая, что внутренние вооруженные конфликты и насилие на этнорасовой и религиозной почве стало чуть ли не главной причиной жертв и разрушений в мире. Особое место в этой системе занимают исследовательские группы, НПО и фонды, организованные США и на американские деньги. Мною уже анализировалась работа и антироссийская направленность ряда этих организаций. Особенно критическими были мои оценки работы американских экспертов по Кавказу и по вооруженным сепаратистским конфликтам, а также по проблеме международного терроризма. Начав в 1993 г. общественную деятельность в области предотвращения конфликтов и миротворчества, у нас были партнеры из Группы по управлению конфликтами (Conflict Management Group) при Гарвардском университете, но затем это сотрудничество было прекращено по разным причинам и прежде всего по причине расхождения позиций и целей, а также характера работы созданной мною НПО. Сеть этнологического мониторинга уже выступала с критикой различных резолюций и докладов, которые сочинили европейские структуры при подстрекательстве Эстонии по поводу, якобы, трагического положения финно-угорских народов и их культуры в России. Мною, вместе с Ю.П. Шабаевым была подготовлена специальная работа, которая показывает истинное положение дел с финно-угорскими народами и необъективность так называемого «доклада Сакс» (был составлен по поручению ПАСЕ специальным докладчиком по этому вопросу, депутатом Европарламента – эстонкой Катрин Сакс ). Нереализуемые проекты самоопределения сделали своим основным приоритетом и некоторые российские НПО этнополитического толка, балансируя на грани открытого конфликта с государственной властью. Если многие экстремистские НПО типа Конфедерации народов Кавказа или Татарского общественного центра фактически сошли с арены, то более спокойные и последовательные до сих пор строят деятельность вокруг основной цели - достижения «своей государственности». Так, лидер национально-культурной автономии российских немцев Иван Келлер на встрече в Государственной думе в декабре 2004 года изложил проект создания государственности российских немцев в форме этнотерриториального образования, хотя вычертить территорию на карте России для такого образования очень трудно, а найти людей для жизни в такой автономии невозможно. Российские немцы более чем достойно самоопределились в рамках Российской Федерации, а их представительство во всех общественных сферах обеспечено. Опять же вопрос: если НПО ставит нереализуемую цель, тогда зачем такое НПО? И такой вопрос можно задать в адрес целого ряда общественных организаций, не говоря уже о тех, деятельность которых носит противозаконный и разрушительный для общества характер и в отношении которых государство обязано применять защитные меры. На сегодняшний день актуальна проблема независимости деятельности НПО. Некоторые НПО и создаются под заказ, то есть для выполнения определенной миссии, которую государству напрямую невозможно или неудобно выполнять. Так, например, для обеспечения «досамоопределения» Федерации Югославии после первого распада, на этот раз за счет Косово и Черногории, американцами была создана НПО, которая консультировала косовских сепаратистов, как создавать параллельные структуры власти (shadow government) и как вести дело к неизбежности выхода из общего пространства. Координировал деятельность этого НПО бывший президент Корпорации Карнеги за международный мир, отставной дипломат Морт Абрамовиц. Свою миссию эта НПО выполнила, превратив разрозненные группы албанских экстремистов и криминальных боевиков в мощную политическую и вооруженную силу, а югославскую провинцию Косово-Метохия в де-факто независимый регион с крайне неясным будущим. Что-то похожее из категории «целевых» НПО было создано в США в 1999 году под названием «Американский комитет за мир в Чечне», в который вошли более ста известных американцев из числа ученых, бывших политиков и дипломатов. Хотя внешние цели комитета объявлены как содействие миру и стабильности в регионе, а также забота о правах человека, но практическая деятельность этой организации направлена на противодействие восстановлению российскими властями контроля над регионом вооруженного сепаратизма и доведение до конца сессии Чечни, которая уже казалась завершенной после Хасавюртовского соглашения в 1996 году. Вся исходящая от этой общественной организации информация по Чечне носит односторонний и даже намеренно искаженный характер, начиная с утверждений о якобы более чем 200 тысячах погибших чеченцев из числа гражданских лиц. При всей неадекватности восприятия существующей в Чечне ситуации данная НПО обладает огромной мобилизующей силой и как бы корректирует официальную позицию администрации США по поддержке борьбы против терроризма на Северном Кавказе. Влиятельные члены комитета Ричард Пайпс и Збигнев Бжезинский после событий в Беслане выступили в самых влиятельных газетах мира с призывами предоставить немедленную свободу «этому крохотному колониальному владению России». Руководитель комитета Гленн Говард обнародовал в середине декабря 2004 года призыв: «Соединенные Штаты и Европейский Союз должны поддержать диалог по Чечне точно так же, как они объединились вместе в поддержку демократии в Украине» (под последним имеется ввиду поддержка одного из кандидатов на президентских выборах). Таким образом, из выше сказанного видно, что некоторые иностранные неправительственные организации готовят по заказу, либо сами финансируют «скандальные» исследования, которые в дальнейшем проводят уже российские некоммерческие организации, зачастую, не подозревающие о конечных целях данной работы. Однако одними только «реакциями» проблему адекватности оценки положения дел с этническими, религиозными и языковыми меньшинствами в Европе и в других регионах мира не решить. Соответственно возникает справедливый вопрос: «Не пора ли России, и в частности отечественным НПО, начать осуществление мониторинга межнациональных отношений, и проблем демократии на территории ЕС и США». Через реализацию такого проекта возможно реальное подтверждение «политики двойных стандартов» в отношениях осуществляемых «демократически развитыми» странами на мировой арене. Сеть этнологического мониторинга вместе с Институтом этнологии и антропологии РАН накопила большой опыт мониторинга этноконфессиональной ситуации не только в России, но и в странах бывшего СССР, а также в дальнем зарубежье. О положении национальных меньшинств в европейских странах подготовлены специальные исследования на основе полевых работ и других источников . Отдел народов Европы и Америки Института сейчас усиливает свою научно-прикладную активность и связи с коллегами-учеными в европейских странах. В 2008 г. планируется провести большую международную конференцию о положении европейских меньшинств и об опыте разных стран в сфере этнической и миграционной политики. В ноябре 2007 г. Сеть этнологического мониторинга вместе с группой других общественных организаций выступила в числе учредителей международной общественной организации, получившей название Институт демократии и сотрудничества. Штаб-квартира этого института будет находиться в Москве. Его задача – на основе международных и отечественных методик вести мониторинг соблюдения прав человека и прав меньшинств и в нашей стране, и за рубежом. Разработанная мною модель этнологического мониторинга уже сейчас может быть использована для организации аналогичной работы в странах, где имеются проблемы с положением меньшинств и где существует этноконфессиональная напряженность. Назову только несколько тематических направлений, требующих внимания: положение цыган в странах Центральной Европы (особенно в Румынии, Чехии, Польше, а также Италии), положение венгров в Чехии, Словакии и Румынии, ситуация, в которой находятся российские немцы и сорбы в Германии, шведы и русские в Финляндии, сардинцы и тирольцы в Италии, бретонцы и корсиканцы во Франции, баски и каталонцы в Испании, ирландцы, расовые и миграционные меньшинства в Великобритании. Особое внимание следует уделить проблеме массового нарушения прав меньшинств и религиозных общин на территории бывшей Югославии, особенно в Косово. Сеть этнологического мониторинга планирует установить контакты с общественными организациями и исследовательскими группами, которые занимаются данными вопросами. Наши анализ, оценки и рекомендации будут носить объективный и конструктивный характер, точно так же, как это происходило на протяжении 15-летнего мониторинга на территории бывшего СССР. Таким образом, для экспертов Сети открывается интересная перспектива, которая позволит применить к регионам так называемого дальнего зарубежья собственный, во многом уникальный, практический опыт и знания в области этноконфессиональной проблематики, предотвращения и разрешения конфликтов. Напомню, что в прошлые годы Сеть проводила свои семинары и изучала проблемы общественных конфликтов вместе с местными экспертами в таких регионах мира, как Каталония, Ольстер, Кипр, Хорватия, Черногория, Корсика, Шри-Ланка, Турция, Тунис. В 2007 г. нами было издано в русском переводе фундаментальное руководство по конструктивному разрешению этнополитических конфликтов на основе мирового опыта . В этом издании приняли участие ведущие специалисты. Сейчас, в рамках Программы фундаментальных исследований РАН «Адаптация человека и общества к природным, техногенным и социальным трансформациям» (подпрограмма по Южному научному центру РАН), нами подготовлена коллективная монография «Северный Кавказ в национальной стратегии России». В 2006 г. была опубликована книга «Северный Кавказ, Книга для политиков» как научно-вспомогательное издание по традициям, обычаям и этноконфессиональному составу населения региона. С 2007 г. Сеть этнологического мониторинга получает финансовую поддержку в рамках программы президентских грантов для российских некоммерческих организаций, и эта поддержка снова получена на 2008 г. Очень важно, что исследования столь политически чувствительной сферы, как этноконфессиональные отношения, имеют отечественные (российские) источники финансирования. Программа президентских грантов является действенным подспорьем, а иногда и заменой иностранному финансированию и обосновывается тем, что российские государственные органы стремятся быть объективными и не ограничиваться только собственным мнением и выводами подчиненных организаций и органов исполнительной власти. Такого финансирования, как известно, не было в 1990-е годы, и наша общественная организация получала поддержку от ЮНЕСКО (по программе МОСТ), от Фонда “Джона Д. и Кэтрин Т. Мак-Артуров". Основным «спонсором» исследований все годы выступал не какой-нибудь зарубежный фонд, а Институт этнологии и антропологии РАН – именно это позволило Сети этнологического мониторинга в тот период выжить и осуществлять регулярную и квалифицированную работу независимо от эпизодических грантов. В тоже время, в ходе иностранного финансирования не всегда понятны и видны цели и результаты такого финансирования, и не ясно как используются результаты нашей же работы в дальнейшем. На все эти непонятности имеется один ответ – не надо забывать, что любой иностранный фонд действует в национальных интересах своей страны. Потребитель – национальное правительство следует своим, геополитическим интересам и интересам избирателей. Многие отечественные НКО не имеют полной уверенности в целях, а главное результатах финансирования иностранными организациями, так как результаты работы могут использоваться, а зачастую и используются не для реализации гуманитарных программ, а для оказания давления на Россию по разнообразным поводам, в том числе и по фактам нарушения прав человека. Высказывание, что иностранные некоммерческие и неправительственные организации в своем большинстве работают на национальные интересы своих стран, полностью подтверждается. Сеть этнологического мониторинга также работает на национальные интересы России и на укрепление стабильности в пространстве бывшего СССР – и пусть ни у кого не будет иллюзий на этот счет. За годы работы Сети этнологического мониторинга возникали трудности и сбои в финансовом обеспечении работы, но, тем не менее, это не отражалось на качестве выпускаемых в течение всего прошлого десятилетия бюллетеней, ежегодных докладов, многочисленных книг и статей. Нашу научную продукцию регулярно получали высшие госструктуры России и экспертное сообщество и она по достоинству оценивалась ими. Сегодня ситуация в России с поддержкой неправительственных организаций и ученых радикально изменилась. Федеральный бюджет с 2006 г. выделяет средства на гранты для НКО, которые распределяются с помощью Общественной палаты. Российский бизнес и фонды более активно поддерживают ученых, гражданские инициативы и организации. Зарубежные фонды уже не играют ведущую роль в поддержке институтов гражданского общества, а тем более науки и образования. Явно снизились амбиции зарубежных грантодателей влиять на содержание проектов и работ, выполняемых в России, а сами получатели грантов научились в массе своей вести себя более достойно и независимо. Нужно научиться различать попытки внешнего вмешательства и политического воздействия на ситуацию в России от полезной и даже критически важной в трудные годы деятельности многих зарубежных и международных организаций. В нынешней ситуации зарубежным и отечественным грантодателям нужно научиться работать вместе с российскими структурами. Сами грантополучатели должны нести первичную ответственность за эффективное и полезное для российского общества использование получаемых средств. Но в то же время закрыться от внешнего мира по части грантовой деятельности было бы большой ошибкой. Настоящая поддержка со стороны российских президентских грантов позволяет Сети этнологического мониторинга продолжать деятельность, совершенствовать свою методику и расширять географию за счет стран Европы и Азии, где, по нашему мнению, нарушаются права расовых, национальных и религиозных меньшинств. Здесь нам нужны партнеры и мы открыты для сотрудничества и конструктивного диалога. В.Тишков, руководитель Сети этнологического мониторинга 1 См. В.Пастухов, Д.Рассел, В.Тишков, Д.Хопман, С.Шенфилд. После Беслана. Дискуссия российских и американских экспертов. Исследования по прикладной и неотложной этнологии. Док. № 176. ИЭА РАН. М., 2005. 2 См.: В.А.Тишков, Ю.П.Шабаев. Финно-угорские народы. Ответ Евросоюзу. Исследования по прикладной и неотложной этнологии. ИЭА РАН. М., 2006. 3 См., например: Меньшинства в Европе 4 Этнополитический конфликт: пути трансформации. Настольная книга Бергхофского центра. – М.: Наука, 2007.

 

← Южная Осетия: Важность потенциала (июнь 2008)

Российский народ и национальная идентичность. В. Тишков →